Она все сильнее сжимала и гладила через ткань рубашки свою грудь. Ей нравилось это делать. Ее сисечки становились все тяжелее и тверже, она чувствовала, что эти съемки все сильнее возбуждают ее.
- Расстегни рубашку. Дай мне посмотреть на твои грудки, девочка. - Ей нравилось, что он называет ее так, и его властный голос тоже нравился. Последние пуговки были расстегнуты, и уже ненужный кусок ткани полетел на пол. Она стояла перед ним в бюстгальтере и ее пальчики то и дело проникали за его краешек. Теперь напряженные соски было видно и ему сквозь черное кружево.
- Снимай юбочку, не останавливайся! - он щелкал и щелкал затвором аппарата. Ему все больше нравились и эти съемки и эта раскованная девушка и то, что она явно испытывала удовольствие от того, что он ей говорил и как смотрел. Член в его брюках приходил во все большее оживление, она возбуждала его, хотел он этого или нет. Ему приходилось уже прикладывать волевые усилия, чтобы держать своего воина в спокойном положении.